avangard-pressa.ru

Белорусская фотография: основные этапы развития - Искусство

Известная в Беларуси с конца пятидесятых годов ХIХ века, она следовала в общем русле развития фотографии. Изобретатели вносили свой вклад в развитие технологии. Развивалась документальная фотография в ее краеведческом и этнографическом проявлениях. Появилась коммерческая фотография -- студийная портретная и видовая. Фотография утверждалась в научном, криминалистическом и военном применении («Улучшение фотографической и визуальной воздушной разведки»). В 20-е годы ХХ столетия фотография достигает уже высокого художественного уровня (портрет, этнографическая фотография) и продолжает успешно развиваться до конца 30-х годов.

Стоит отметить некоторые особенности раннего периода развития белорусской фотографии. В фотографическом мире на переломе прошлого века обозначилось активное противостояние двух подходов к фотографии:
с одной стороны развивался пикториализм (для получения изобразительной «живописности» все средства хороши: отказ от излишней резкости/детализации в пользу мягкого фокуса, «благородных» техник печати, придающих фотографии «картинное» изображение, плюс выбор сюжетов лирического или символического характера),
с другой стороны укреплялось отношение к фотографии как первому технологическому виду искусства, единственному имеющему физическую связь с реальностью и выстраивание практики фотографии, исходя из чистоты использования специфического изобразительного средства.

С конца 30-х годов ХХ века развитие белорусской фотографии в русле мировых тенденций приостанавливается на долгие десятилетия и начинает следовать собственной, исторически предопределенной логике. Наступает время социальных экспериментов, идеологического диктата и политических репрессий. Прекращается развитие фотографии, основанное на свободной конкуренции творческих идей, наступает полная изоляция от мирового процесса. Вплоть до середины 80-х фотография была призвана обслуживать идеологические и пропагандистские установки правящей партии. Единственный фотографический журнал «Советское фото» -- журнал Союза журналистов, наглядно указывал, какой должна быть фотография в СССР. Не будем вдаваться в анализ такого специфического понятия, как «советское фото». Но эта установка определяла своеобразные рамки фотографии того времени. Затем наступили годы перестройки. Наступившая свобода, глобальная ломка мировоззрения, переосмысление прошлого. Белорусская фотография конца 80-х начала 90-х, вернее её новые, экспериментальные проявления, востребована и в первую очередь за пределами страны. Проходят выставки в Москве и затем, в рамках большого количества крупных проектов, исследующих постсоветскую фотографию. Для исследователей фотографии этот период доступен для изучения в большом количестве публикаций, как правило, зарубежных. С другой стороны, в 90-е годы накладываются несколько негативных факторов, сдерживающих развитие фотографии. Экономический коллапс, с одной стороны, и с другой – технологический переход с традиционного, аналогово на цифровой способ получения изображения. Конец ХХ века, вплоть до появления доступных цифровых зеркальных фотоаппаратов, проходит в вялом ожидании развития событий. Уже сложившийся круг авторов продолжает представлять белорусскую фотографию за рубежом, фотожурналисты осваивают новые возможности для сотрудничества с отечественными и зарубежными изданиями и агентствами, клубная фотография продолжает «вариться» в среде маргинального существования. Новых авторов практически не появляется.
И только сейчас созрели, пусть и минимальные, условия для развития фотографии и в Беларуси, что мы можем наблюдать по большому количеству проходящих выставок, представляющих новое поколение белорусских фотографов. Булгак, Прушинский, Дашкевич развивали традиции ранней документальной фотографии, ее этнографическое направление, прославляя красоту родной земли. Большой архив оставил нам Михаил Романюк, снимая быт и традиционные костюмы белорусской деревни. Анатолий Дудкин и Владимир Нехайчик запечатлели для нас портреты простых людей из белорусской глубинки. Развивая графические эксперименты пикториальной фотографии Франтишека Дрикола и авангардные находки Ман Рэя первой четверти ХХ века, белорусская фотография 70 - 80-х утверждалась в рамках ряда всесоюзных фотосалонов «Фотографика», организованных первым белорусским фотоклубом «Минск». Монтажи и технические эксперименты остались воплощенными в образах Михаила Жилинского.


Творчество Я. Булгака

Ян Бу́лгак — белорусский и польский фотограф и фотохудожник, «отец польской фотографии», один из пионеров польской художественной фотографии.

Известность получил импрессионистскими фотографиями Вильны и окрестностей, других литовских местностей. Фотографии Булгака, передающие саму ауру Старого города и окружающего ландшафта, относят к произведениям «несравненной художественной ценности».

Написал ряд книг по технике и искусству фотографии. Выпустил серию альбомов „Wędrówki fotografa“. Фотографиями Булгака иллюстрирован путеводитель по городу

Творчество Яна Булгака оказало влияние на развитие художественной фотографии Литвы.

Совсем по-другому следует относиться к творчеству Яна Булгака. С фотографией он познакомился в 1905 году в Перасеке (что в девятнадцати километрах от Минска), где он поселился после женитьбы. Легенда гласит о том, что его супруге подарили фотоаппарат. И помогая ей освоить диковинную технику, Булгак настолько увлекся, что сделал фотографию делом своей жизни. Он совершил несколько поездок в Германию и Францию с целью ознакомления с последними достижениями, как в области самого фототехнического процесса, так и с современными канонами фотографического искусства. Он много участвует в выставках и конкурсах, пишет статьи и очерки по теории фотографии. Огромную роль в судьбе Булгака сыграла дружба с художником и искусствоведом Фердинандом Рущицем. Именно по его рекомендации Булгак в 1912 году становится городским фотографом Вильно, в обязанности которого входила «фотографическая инвентаризация архитектурных памятников Вильно, соседних районов…». Конечно, этим он не ограничился. Он заведовал фотографической лабораторией университета, преподавал более девятнадцати лет фотографию и в 1936 году получил должность доцента. Но самое главное, кроме того, что он неустанно снимал весь этот насыщенный историей край, Булгак постоянно писал статьи по теории и искусству фотографии. Многие из них перепечатывались в фотографических журналах Санкт-Петербурга, Москвы, Варшавы. Вершиной этой работы стали две книги: «Фотографика. Описание художественной фотографии» (Варшава, 1931) и «Эстетика света. Основы фотографики» (Вильно, 1936). А всего им по теории фотографии написано более 15 книг. К этому необходимо добавить прекрасные альбомы с его снимками и разные публикации о крае, о людях, жемчужиной которых по праву считается жизнеописание «Kraj lat dziecinnych», написанное им в пору немецкой оккупации Вильнюса в 1942–1944 гг. Эта книга переведена на белорусский язык Тамарой Вершицкой и издана в Минске («Край дзіцячых гадоў», издательство «Беларусь») в 2004 году.

Именно этими статьями и изданиями Булгак оказывал влияние на весь регион «Западных земель» Российской империи. Его пикторионизм, его призывы «снимать сердцем», его удивительная работоспособность, вылившаяся в создание огромного наследия (на выставке Я. Булгака в Вильнюсе, проходившей в рамах международной конференции «Виленская фотографическая школа» в сентябре 2007 года, в Национальном художественном музее было представлено 450 работ) оказали существенное влияние на формирование основных направлений фотографического творчества крупного региона, включающего современные территории Польши, Беларуси, Литвы и западных областей России. Я думаю, что многие авторы до сих пор еще «эксплуатируют» фотографические идеи Яна Булгака.

Усилиями энтузиастов имя и творчество Яна Булгака, которое, может быть, не запрещалось, но так настоятельно умалчивалось советской пропагандой, удалось вернуть в лоно национальной культуры. В ноябре 2007 года Гродненский государственный университет имени Янки Купалы провел международную конференцию «Культура заходнебеларускага рэгіёну ў канцы ХІХ ст. – да другой сусветнай вайны», посвященную фотохудожнику Яну Булгаку.

Современная белорусская фотография.

Нет у нас имен, равновеликих Анри Картье-Брессону, но у нас есть фотографии Сергея Брушко, Виктора Бутры, в которых мы видим воплощенный дух решающего момента. Нельзя, конечно, сравнивать масштабы творческого наследия, но и условия и возможности не сопоставимы. «Классик» Владимир Сутягин. Время словно не коснулось его работ и Максим Дмитриев незримо вдохновляет творчество мастера.

Концептуальные поиски 80-х годов, проявившиеся в творческой среде студий при фотоклубе «Минск», вдохновляемых легендарным уже Валерием Лобко, представляли белорусскую фотографию в целом ряде крупных международных выставочных и издательских проектов, исследующих состояние фотографии на всем постсоветском пространстве. Постмодернистские эксперименты Игоря Савченко, основанные на переосмыслении визуального опыта 50-х., находятся во многих музейных коллекциях.

Профессиональная информационно-публицистическая фотография А. Клещука, С. Грица, А. Ленкевича, других фотографов, фиксирует меняющиеся реалии окружающего мира. Совмещая возможности профессиональной и творческой фотографии, Андрей Щукин создает изысканные загадочные образы.

Амбициозную задачу поставил себе Владимир Шарников – заснять для потомков жизнь белорусской деревни.
Молодые авторы, осваивая новые возможности цифровых технологий, активно ищут свое место, раздвигая горизонты сложившегося фотографического ландшафта.

Можно констатировать, что период с середины 80-х до середины 90-х стал самым ярким в истории творческой фотографии Беларуси в контексте мирового развития фотографии. Авангардная позиция, по-видимому, была предопределена теми вопросами, которые встали в тот период перед искусством, в частности, перед фотографией. Она по своей природе имеет прямое (референтное) отношение с реальностью. Стала очевидной необходимость переосмысления таких значимых категорий как факт и реальность. Выстроенная на парадигме идеализации в единственном фотографическом издании «Советское фото» картинка реальности рухнула вместе с Советским Союзом.

Несмотря на то, что Минск трудно определить как центр актуального современного искусства, именно фотография из Минска вначале 90-х сумела быть в русле актуальных процессов.Редактор влиятельного американского журнала "Afterimage" Грант Кестэр (Kester), автор эссэ «Взгляд с Запада» для книги «Фотоманифест. Современная фотография в СССР» (New-York.1991), анализируя советскую фотографию, сконцентрировал свое внимание на минской школе. Он отмечает высокий технический уровень и новаторское использование многих старых техник обработки снимков, находит много аналогий в работах белорусских и американских фотографов-авангардистов.

Белорусская фотография находится сегодня на периферии мировых процессов развития (будем смотреть правде в глаза). Вернее, в ее географическом центре. Все мы видим, что происходит в Москве, которая превращается в один их мировых центров искусства, где проходит огромное количество выставок -- классиков фотографии и самых известных современных авторов. Можно ожидать, что это даст импульс к развитию российской фотографии в будущем и ее интеграции в мировой художественный процесс.

В Беларуси фотография до сих пор не получила общественного признания. В силу исторически сложившихся причин, оказавшись в изоляции от мирового процесса, она не прошла весь путь последовательного развития, не стала фактором, определяющим визуальную культуру Беларуси и соответственно не заняла подобающего места в культурной жизни страны. К сожалению, все то лучшее, что было и что есть в белорусской фотографии, существует в разорванном культурном пространстве, не фиксируется как факт культурного события, не анализируется, не изучается, и как следствие, не становится для начинающих фотографов, наряду с мировой классикой, фундаментом для самоопределения, становления и творческого роста. Еще одной проблемой является то, что фотография в Беларуси всегда была предоставлена сама себе. Отсутствие профессиональной художественной критики объективно сказывается на уровне развития.. Взгляд самих фотографов изнутри процесса по определению субъективен и пристрастен. Попытки же искусствоведов, воспитанных на классических традициях восприятия искусства, анализировать фотографию, которая имеет свою природу и особенности технологического медиума, часто сводятся в анализу изобразительной выразительности. «В этой работе вы в наибольшей степени приблизились к изобразительному искусству». В последнее время обозначился интерес культурологов и искусствоведов к анализу белорусской ситуации. «Дискурс первого» (С.Полещук) явно обозначил болевые точки на пути первичной артикуляции вопросов истории белорусской фотографии. Даже добросовестный исследователь упирается в вопрос доступности фактологических материалов, собственно самих фотографий авторов, которые могли бы занять место в общепризнанной иерархии художественных авторитетов. Любая попытка выстроить историческую перспективу в данных условиях, будет субъективной интерпритацией авторского видения.